Личность \ Интервью/персоны

Ольга Стволова:
у нас часто говорят:
«Ладно, больница, а в театре-то инвалиду что делать?»

Анна Горбунова

Мне нравится статья! 3

Историю Ольги Стволовой я узнала три года назад из интервью в местном журнале. Тогда я не увидела, что оно не просто о девушке, оказавшейся в девять лет в инвалидном кресле, и не только о доступности городской среды. Теперь, познакомившись с Олей, я понимаю, что это история о том, как вместе люди меняют жизнь друг друга.

Смотрю: спектакли, люблю наблюдать за талантливыми людьми, которые рассказывают о своём деле.

Читаю: сейчас — книгу «Моя жизнь в театре» Станиславского.

Боюсь: стать неискренней — может пропасть волшебство; ещё боюсь агрессивных людей.

Люблю: радоваться жизни и получать удовольствие от того, что у меня есть.

 Раньше я смотрела много передач о людях, которые сворачивают горы. И в какой-то момент подумала: неужели я могу только смотреть? Когда всё закрутилось, я поняла: у меня есть возможность стать тем, кто реально что-то делает. Просто нужно сильно верить... 

То интервью в местном журнале, делится Ольга, совпало с её выходом к людям: она впервые пришла в театр, вместе с мамой начала гулять по магазинам. После в её жизни появились друзья. Они и вдохновили девушку на проект «Один+1»: серию роликов — тестов городских площадок. Следом прошёл конкурс для девушек в инвалидных креслах и фотовыставка «Угол зрения», стиравшая границы между инвалидами и здоровыми людьми. Теперь Ольга занимается продвижением проекта «Особый_ТИП» — театральной мастерской для людей с разными особенностями здоровья. В конце января они сыграли спектакль «Ангел с усами» — лиричную историю о чудаке, который решил, что может изменить мир. И во время нашего разговора Ольга то и дело цитирует усатого персонажа: «Хочешь, чтобы был ветер? Будет!» 

 У меня всегда проекты получаются как будто сами собой. «Особенный_ТИП» вообще родился из воздуха. С разницей в пару дней две моих знакомых спросили, не хочу ли я организовать театральную студию. Я начала идею «закручивать». Узнала у одного, второго, подключился Ротари клуб «Новосибирск — Инициатива». Я сразу поняла, что нужно объединить людей с разными типами инвалидности и обязательно подключить здоровых ребят, чтобы создать партнёрские отношения.

 А как тебе удаётся находить нужных людей: учителей, фотографов, художников? 

— Пишу посты в социальных сетях, люди быстро реагируют. Хотя часто сами нас находят. Надо просто стучаться во все двери: узнавать, кто с кем знаком, кто в чём специалист, и потом писать всем подряд. Конечно, это выматывает, но выбора нет. 

 Часто необходимость просить и останавливает людей... 

 У меня не возникает такой проблемы. Если бы я лично для себя просила, возможно, чувствовала бы себя попрошайкой. А я организую проект, который помогает другим. Я просто ищу тех, кому интересно вместе делать одно дело. 

 Львиная доля критики творческих проектов связана с аргументами вроде «нужно у мэрии деньги выбивать, льготы для инвалидов, а не лицедейством заниматься». Почему ты всё-таки считаешь фотовыставки, театр, конкурсы красоты важными? 

 Тема доступной среды до сих пор маргинальная. Но особенные люди должны быть среди нас. А если вы не встречаетесь с теми, кто не видит, не слышит или не ходит, вы не понимаете, зачем и кому эта доступная среда нужна. А как их увидеть? Только через проекты. Причём такие, о которых по телевизору и в интернете рассказывают. Мы пытались на выставке «Угол зрения» показать: если мы смотрим человеку в глаза, то понимаем, что все люди одинаковые. 

А если люди с инвалидностью такие, как все, то им нужно ходить в театры, кино, кафе. У нас же часто говорят: «Ладно, больница, а в театре-то инвалиду что делать?».

Но ведь это обычный человек, которому может понадобиться зайти в любое место. Поэтому, когда много социальной рекламы, проектов, особенные люди входят в круг нашего внимания. Мы видим красивых радостных людей с инвалидностью и понимаем, что их не надо бояться.

 А почему вы деньги от премьерных показов решили направить на развитие детского Ротари парка, а не собственной студии? 

 Мне было важно показать, что люди с инвалидностью хотят ещё кому-то помочь. Я хотела доказать самим ребятам, что они могут это сделать. Нам много дали: учителя, руководители площадок, где мы занимаемся, волонтёры — самое время что-то отдать. Важно помочь именно этому парку, потому что он объединяет здоровых и особенных детей. 

 Кстати, о возможности самому помогать. Судя по комментариям в сети, у некоторых сложилось впечатление, что ты очень обеспеченный человек — фотографы, стилисты, ролики... 

 Я помню, на одном спектакле у мамы спросили: «У вашей дочери, наверное, компаньонка есть?» Хорошее, наверное, впечатление произвожу. Фотографы и стилисты появляются чаще всего на время проектов — они волонтёры. Мой папа — детский тренер по хоккею, мама работала на заводе, теперь сидит дома, мне помогает. Какое-то время назад я шила кукол: однажды увидела в журнале троллей и ангелов и не знала, где их взять. Начала делать сама. Потом мне предложили отнести кукол в художественную лавку, там их купили, заказали ещё. Это было такое счастье: людям не просто нравилось, они ещё были готовы за это деньги платить! Тогда я работала с утра до ночи. И зарабатывала нормально. Но когда начала заниматься доступной средой, пришлось оставить, потому что куклы для меня — медитация, нужно полностью отдаваться процессу. 

Ещё помню, мне ставили в претензию, что я, мол, только себя показываю. Но послушайте, я только вышла в жизнь и сразу должна была заниматься с другими людьми.

А мне ведь надо было себя как-то скоординировать, потом вовлекать остальных. Нельзя от человека всего сразу требовать.

 Хорошо, оставим материальный вопрос. Скажи, в тебе самой «Особенный_ТИП» что изменил? 

 Поначалу я общалась в основном с людьми, которые на меня похожи. А тут пришли совсем другие: из разных социальных слоёв, с разными особенностями. Но мы смогли найти общий язык, разработали занятия, учитывая возможности всех. Это большая победа. Кроме того, не все люди с инвалидностью могли попросить о помощи, а здоровые — её оказать. Это тоже был большой тренинг — научиться просить и принимать помощь от других. 

 Откуда ты черпаешь энергию, силы? 

 Конечно, мне нравится ходить в театр, читать, общаться с людьми. Но был период, когда совсем этого не было. А энергия для жизни была нужна. Поэтому я поняла, что человек — сам для себя вдохновение. Мысль, мол, я съезжу на Гоа или познакомлюсь с классным человеком, и тогда мне станет хорошо — ерунда полная. Если ты принял решение: «Я себя вдохновил и пошёл делать» — то и человек этот прекрасный появится, и всё сложится.

 Но ведь у каждого случаются апатии, депрессии, иногда из-за мелочей не можешь себя в чувства привести. Как ты с этим справляешься? 

 Знаешь, я однажды сломала ногу и была вынуждена лежать долгое время. И вот снимают гипс, надо двигаться... а я привыкла к спокойному состоянию. Тогда я поняла, что если не начну лапками грести, то мне будет плохо. А мне не нравится, когда мне плохо. (улыбается) Я люблю, когда мне хорошо и радостно. Поэтому когда я вязну в апатии, просто придумываю себе новые занятия. 

 На твой взгляд, пока изменения от твоих новых занятий и проектов только теория, или уже что-то меняется? 

 Раньше говорили: «За рубежом, конечно, инвалидам проще!» Потом: «В Москве-то инвалидам полегче!» Теперь можно сказать, что и у нас есть возможности — мы видим людей, которые работают, творчеством занимаются. В Европе сейчас новая тенденция — люди не прячут протезы: они естественные, металлические, не похожи на реальные руки, ноги. Это тоже круто: человек не делает вид, что он как все. До нас тоже когда-нибудь дойдёт. Но и сейчас есть изменения. Правда! Раньше возникала жалость, а теперь мы встречаем ярких, особенных людей — исчезают страхи, и отношение меняется.

Фото:  Дарья Нестеровская ,Юлия Саламатина ,Александр Любомирский, Ксения Соловьева, Ольга Матвеева, Екатерина Пахотина, Алексей Поляков

Поделиться
Мне нравится статья! 3

реклама

ВКонтакте Instagram Facebook